РАССВЕТ, или Золотая середина

Рассвет, или Золотая середина
Андрей Лоза
«РАССВЕТ,
или
Золотая середина»

Моему школьному учителю Ю.М. Чухненко посвящается


СВОБОДУ вижу Я!
Вы видите иначе.
И твёрдой поступью
Взойду к вершинам гор,
Чтоб в пропасть броситься.
Я не могу иначе.
Но не покинет вас
Мой с неба грустный взор.


Глава І

Алексей присел на лавочку против дома, который, как ему казалось, олицетворял памятник всему живущему под солнцем. Конструкция этой многоэтажки походила на муравейник: огромный в своём основании и сужающийся кверху с куполообразной крышей. Такая себе пирамида – наша, а не египетская. Большинство людей очень редко смотрит вверх. Боясь споткнуться, они смотрят лишь себе под ноги. Возможно, кроме него, никто и не видел этого знака, указывающего на нашу земную жизнь с её ростом и стремлением кверху.
Каждое окно – семья. Семья – ячейка общества: дом – работа, работа – дом. Механизм, работающий на так называемое «всеобщее благо». В доме проживали рабочие завода «Алюминий».
День заканчивался как всегда. Алексей смотрел на проходящих мимо людей и грустно улыбался. Вот молодая семейная пара торопливо подходит к подъезду. Мужчина нёс на руках ребёнка и весело напевал: «А я сажаю алюминиевые огурцы, а-а-а…». «Счастливый отец», - пронеслось в голове Алексея. Рядом с мужем, сгорбившись под бременем семейной жизни и сумок, молча, едва поспевая, семенила молодая женщина. «А вот и СЧАСТЛИВАЯ МАТЬ!»
Город утопал в своей обыденности. Вечерело. Окна квартир вспыхивали ярким электрическим светом. Позади парня располагалась фешенебельная гостиница с громким названием «Украина». За неукраинские деньги она предлагала массу услуг: всевозможные салоны, сауна, бильярд, казино. Купить можно было ВСЁ…
Резкий визг тормозов привлёк внимание нашего героя. Из подъехавшей иномарки вышли трое верзил в костюмах от Armany и Guccy. Оглашая всю округу благим матом, они лоснились жиром и роскошью. От них веяло мерзавцами, которые ненавидят всё живое вокруг и всё то, что нельзя купить. Мимо них в направлении гостиницы прошла длинноногая жгучая брюнетка. Эти трое явно обратили на неё внимание. Алексей даже почувствовал внутреннее беспокойство за эту красавицу. Один из верзил действительно по-хамски пошутил в её адрес, стараясь сказать погромче:
- Эй, мадам! У вас что-то упало!
А она, лишь слегка повернув голову, не без гордости ответила:
- Это у вас упало! А у нас всё нормально!
Алексей ухмыльнулся, отдавая должное находчивости этой женщины.
С течением времени на улице становилось пустыннее. Все спешили домой, к экранам телевизоров за очередной дозой своего светоизлучения. Дети смотрели мультфильмы, молодёжь висела в nete, взрослые же с вожделением следили за политическими сериалами с детективным уклоном: то вся страна ищет чью-то голову, то с удовольствием взирает на красивые тела, не обращая внимания, есть ли у них голова вообще. Удивительно, что все они называют это «общественным счастьем». В глазах каждого такого индивида вместо огня жизни горит неоновый свет.

Глава ІІ

Родина!
Что это? Вещь или слово?
Книга, еда или койка больного?
Слышу я с детства такое ученье,
Оттого и смешно мне твоё заточенье.
Родина! Родина! Родина!


Около полуночи к гостинице подъехал последний троллейбус. Двери с шипением открылись. Из них вышли молодая пара и старик в сером плаще и шляпе. Молодая пара, воркуя и шумно целуясь, на ходу доставая из карманов паспорта, забежала в гостиницу. Старик, пройдя мимо Алексея, вошёл в дом-муравейник. Провожая его взглядом, парень думал о том, как разительно отличается этот человек от всех остальных. От него исходил дух благородства и силы.
Через пятнадцать минут знакомый силуэт в шляпе показался в дверном проёме. На поводке он вёл собаку. Это был удивительно красивый доберман. Отстегнув поводок, мужчина воскликнул: «Гулять, Дастин!». Собака, оросив кусты возле подъезда, побежала в сторону Алексея. Дёрнувшись от надвигающейся опасности, парень вопросительно взглянул на хозяина. На что тот, улыбнувшись, ответил:
- Не стоит его бояться, он и без намордника не опасен.
И продолжил:
- Молодой человек, бояться надо себе подобных.
Подойдя ближе, старик спросил:
- Вы не против, если я присяду?
- Нет конечно, садитесь, - ответил парень. – Меня зовут Алексей.
- А меня – Иван Николаевич. Что-то раньше я вас не замечал здесь. Вы – случайный прохожий или сосед?
- Нет, я не сосед. Но и «случайным» себя назвать не могу. Сам не знаю, почему меня тянет сюда. Я называю это место «моя лавочка». Каждый раз, идя в институт, останавливаюсь, чтобы посидеть здесь хотя бы 10 минут. Знаете, вот уже третью ночь я не могу нормально спать. И сегодня задержался дольше обычного.
В это время к Алексею подбежала собака. Обнюхав его и лизнув руку, улеглась у его ног. Улыбнувшись, Иван Николаевич молвил:
- Вот кто поистине любит людей. Кстати, именно поэтому я и выгуливаю его ночью. Чтобы Дастин не почувствовал разочарования в них, как большинство из нас.
Собака вмиг подняла голову к небу. Небосвод был усыпан множеством звёзд. И они все вместе увидели, как быстро пронеслась и упала звезда.
- Я могу вам объяснить, Алексей, если вы хотите, конечно, почему вы сегодня сидите здесь, на этом месте и почему оно влечёт таких, как мы. Обратите внимание, что скамейка, на которой мы сидим, находится в равном удалении от гостиницы и от моего дома. Видите ли, мой дом очень похож на человеческую жизнь. С первого этажа его наполняет множество разных запахов, в том числе смрада и мочи. Первый этаж – это первый год жизни. Буквально до пятого этажа в подъезде нет ни одной рабочей лампочки. Стоит вам подняться по лестнице – увидите: чем выше – тем обстоятельнее убраны площадки. На некоторых заметите отсутствие сырых запахов от половиков и не найдёте ни одной надписи на стенах. Но, поднявшись к верхним этажам, вы снова увидите кучи мусора, паутины и выкуренных кем-то (видимо, очень нервным) сигарет. На чердаке – горы никому не нужного, но бережно сохранённого хлама.
Алексей, ещё раз взглянув на звёзды, вздохнул:
- Неужели это ваш образ той жизни, которая уготована всем нам?
- Нет! Напротив! Взгляни: позади нас находится другая жизнь. Жизнь, которую многие из нас, живущих сегодня, ошибочно считают пределом счастья. Их счастье – лишь гортанный звук. Иллюзия, которую они получают, лишь раскрыв свой кошелёк.
- А вы счастливы, Иван Николаевич?
- Ну конечно же! Моё счастье – это сама жизнь! Словами поэта:
«Счастлив тем, что целовал я женщин,
Мял цветы, валялся на траве
И зверьё, как братьев наших меньших,
Никогда не бил по голове».
Знаешь, Алексей, я никогда не целовал ни одной женщины, если не любил. Моё счастье – это огонь любви! Моё счастье не купишь. Хотя и деньги у меня есть. Я встречал множество людей, которые не верили даже себе. А ведь вера в себя – это главный смысл. Смысл, который должен обрести каждый мужчина, не утратив при этом своей чести. Согласись, что человек, не верящий себе, - всегда лжёт. Моё счастье – это привилегия быть самим собой!
Алексей рассмеялся:
- Да! Вы действительно правы! Ведь красота и смысл обретаются лишь через любовь.
За беседой они и не заметили, как прошла ночь. Небо окрасилось розовым цветом. Близился рассвет.

Глава ІІІ

О красоте не мне ли рассуждать,
Урода участь я не принимаю.
О красоте могу вам всем сказать:
Красива жизнь! И я об этом знаю.
Быть может, не смогу сказать в стихах,
Того, чем я живу и что я понял.
Вся правда красоты лежит в устах,
Немного охладевших в недрах горя…

Иван Николаевич достал из внутреннего кармана плаща маленькую книжечку. Это были стихи Есенина. Протянув томик Алексею, он сказал:
- Позвольте подарить вам это. Этот автор знал, что такое счастье. А мне пора.
Собака, поднявшись, поспешила вслед за хозяином.
Раскрыв книгу на заложенной странице, Алексей прочёл:
Жизнь – обман с чарующей тоскою.
Оттого так и сильна она,
Что своею грубою рукою
Роковые пишет письмена.
Я всегда, когда глаза закрою,
Говорю: «Лишь сердце потревожь,
Жизнь – обман, но и она порою
Украшает радостями ложь.
Обратись лицом к седому небу,
По луне гадая о судьбе,
Успокойся, смертный, и не требуй
Правды той, что не нужна тебе».
Хорошо в черёмуховой вьюге
Думать так, что эта жизнь – стезя.
Пусть обманут лёгкие подруги,
Пусть изменят лёгкие друзья.
Пусть меня ласкают нежным словом,
Пусть острее бритвы злой язык, -
Я живу давно на всём готовом,
Ко всему безжалостно привык.
Холодят мне душу эти выси,
Нет тепла от звёздного огня.
Те, кого любил я, отреклися.
Кем я жил – забыли про меня.
Но и всё ж, теснимый и гонимый,
Я, смотря с улыбкой на зарю,
На земле, мне близкой и любимой,
Эту жизнь за всё благодарю.
Непонятное волнение вдруг охватило его. Он стал искать глазами старика, но того уже не было. Алексей поднял свой взор к небу. По его щекам катились слёзы. Он вновь увидел, как с неба падает звезда.


© Copyright: Андрей Лоза, 2011
Свидетельство о публикации №21112190679