Григорий Борзенко. Стихи. Сборник 3.

Задумчиво поджег он сигарету,
Поглубже затянулся, помолчал.
«На этом свете правды точно нету…»
В сердцах, вздохнув, он тихо проворчал.

Какая боль сейчас его терзает?
Какая приключилась с ним беда?
Никто об этом больше не узнает.
Он вышел с поезда, и скрылся навсегда…

---

Улица младшего сына…
Кто названье такое ей дал?
Такая надпись, наверное, едина?
Такую я впервые повстречал.

Что за сын тот такой? И как звали?
Какой подвиг он смог совершить?
В его честь ведь все это назвали!
Это надо ведь, блин, заслужить!

Я спросил прохожую: «Простите!
Кто это такой? Этот сын.
Если знаете, пожалуйста, скажите.
Средь сыновей на свете он ведь не один».

Странно на меня она взглянула,
Молчала, не зная, что сказать,
Со стоном тяжело она вздохнула:
«Кто он такой? Могу я рассказать».

И начала рассказ свой увлечено,
Как будто пела, и качала колыбель,
Ее я слушал, скажу, заворожено.
Голос звучал, как птичья нежно трель.

Она так увлеченно рассказала,
Каким прекрасным человеком был тот сын,
С такой любовью! Будто его знала!
И был не просто он знакомым, а любим!

Голос ее звучал довольно нежно,
В глазах так много нежности, тепла,
Словно зимой, в мороз холодный, ветер снежный,
Она б согреть его хотела, как смогла!

Глаза ее ставали чуть влажнее,
Еще немного, и слезы потекут,
Сказать пыталась что-то поважнее,
Но спазмы в горе это сделать не дают.

Внезапно она горько разрыдалась,
И молча поспешила где-то прочь.
Ей стало плохо. Так мне показалось,
Но я ничем помочь, увы, не мог.

Стоял я долго, как завороженный,
Осмыслить, что случилось, я не мог,
Но на стене портрет увидел обожжённый,
И надпись на табличке, рядом вот.

Писалось там, что парень пал в сраженье,
Когда страну свою родную защищал,
И это фото – жизни лучшее мгновенье,
Всегда он нежно возле сердца сохранял.

На фото двое: мать с сынишкой.
Ее к себе он так сердечно прижимал!
Ту женщину, что рыдала громко слишком,
На фото я отчетливо узнал…
---

Плакать хочется… Обидно мне до боли!
Проиграли «наши» важный матч…
Лишь победа главная в футболе!
А без нее - это позорище и срач!

Когда, блин, получаешь «ноль – четыре»,
Не находишь места ты нигде!
Ни под кроватью в своей собственной квартире!
Ни в кратере на спутнице-Луне!

Вспоминаешь про упущены моменты,
Понимаешь, как было важно победить!
Сейчас лишь слезы, сопли, сантименты…
А ведь в финале мы могли бы быть!

Так вот мы, болельщики, страдаем…
Женам нас, несчастных, не понять…
Упеки лишь в свой адрес получаем.
А нас утешить бы! И чарочку подать…

---

Говорят: «Пожнешь ты, что посеешь!»
Но жизнь упорно твердит нам о другом:
Кто войны, зло, насилие лелеял,
Их обсыпают почестью кругом!

Кто на войне, Иуда, наживался,
Без устали стараясь воровать,
Безнаказанным в итоге оставался,
До склона лет он мог спокойно жировать!

Кто прожил жизнь всю честно, не воруя,
Концы с концами будет в старости сводить,
Вот так вот и живем… Заветы памятуя!
А, может, лучше нам не по заветам жить?!

---

Как много песен про любовь пропето!
И сочинили много так стихов!
Быть может, мы переборщили где-то,
Посвящая ей так много лестных слов?

Возможно, здесь не все так идеально?
И не каждый может искренне любить.
Ведь иногда мы любим стерв. И это странно!
Ведь справедливей было б их всех удавить!

Звучит такое, может быть, жестоко,
Но это было б справедливо! Ты поверь!
Стервы так низко пали и глубоко!
На нее смотришь – пред тобою зверь!

Какая там любовь?! Ну, нет там сердца!
Там только яд змеиный! Злоба! Злость!
Для любви в той голове закрыта дверца!
Хоть разбивай о ту башку ты трость!

И, как ни странно, таких ведь тоже любят!
У тех мужчин инфаркты неспроста!
Те были крепышами! Но стервы их загубят!
Уж верно говорят: «Любовь слепа…»

---

Девичий звонки смех звучит в вагоне,
Девчонкам, видно, весело вполне!
Смех лучше, чем нытье и стоны.
Мы в старости ворчим всегда, везде.

А, может лучше в старости смяться?!
Ни сплетничать, и не дотошно ныть!
К лицу нам всем красиво улыбаться!
Со смехом и улыбкой в мире жить!

---

.Устали мы всю жизнь бродить по свету,
Ну, дай, хозяин, нам немного отдохнуть!
«Нет!» - Отвечаю. – «Верен я завету,
Активно проходить весь жизни путь!»

«Вот же зануда…» - Ноги проворчали,
И вновь меня куда-то понесли,
Болезней чтоб они всегда не знали!
И нам всем вместе б было б по пути!

---

Пригорюнилась береза на опушке,
Заскучала, видно, ветви опустив.
Какие мысли у нее в макушке?
Она в печали снова. Загрустив.

Я вижу: ствол ее, он весь в порезах!
Сок взять с нее всегда каждый хотел.
А чтоб ее полить, возобновить кровь в венах,
О том подумать каждый не посмел….

Всю жизнь так прожила береза,
Сок нам дарила! Чтобы каждый мог попить!
В ответ же равнодушие, что вызывает слезы:
Никто не мог в ответ березу напоить…

---

Одеялом меня мама прикрывала,
И шептала нежно: «Спи, сынок».
О своих болячках забывала,
Лишь бы я спокойно спать бы мог.

Сколько нежности тепла, сколько заботы,
Она дарила мне все годы от души,
Сама пришла уставшая с работы,
А мысли обо мне, чтоб мирно спал в тиши.

Сколько песен колыбельных ночью пела,
Давала травы, когда я вдруг болел,
Сама уставшая, на нервах до предела.
А мне – пик ласки! Чтоб волосок упасть не смел!

Да… Материнская забота – безгранична.
Любовь – сильна! Ничто с ней не сравнить!
И в этом убеждаемся мы, лично.
Всем довелось в объятьях этой ласки жить.

Пусть будет тот огонь благословенным!
Что в материнских теплится сердцах!
Пусть горит вечно! И будет он нетленным!
Везде, всегда, пусть согревает нас!

---

Схожу-ка в церковь сегодня я, ребята!
Поставлю свечку, грех чтоб замолить.
Вообще-то я ни в чем не виноватый!
На всякий случай все ж поставлю. Всяко может быть…

Соседка искоса зачем-то посмотрела,
Может, я чем-то ей не угодил?
Гневить ее не стоит до предела!
Лучше поставлю. Словно виновен был.

К доске училка вызвать обещала…
Ее нельзя ни в коем разе раздражать!
Чтоб двойку мне в дневник не закатала,
Зажгу я пять свечей! Она поставит пять!

Чтобы отец не спрашивал уроки,
Поставлю еще троечку свечей!
Пускай своих стихов он строчит строки!
И не заботится тетрадкой он моей!

Ежели все, братцы, подтвердится,
Никто не будет больше доставать.
Набожным стану! Я начну молиться!
И регулярно буду церковь посещать!

---
Катятся волны, бьются о берег.
Мои тоже разбились надежды мечты,
Я так надеялся, искренне верил,
О будни разбились они суеты.

Увы, но в жизни частенько бывает,
Что рвется вот кто-то к цели, мечте,
Каждый надеется, страстно мечтает,
Но только лишь дым остается вполне.

В чем же причина? Есть ли ответы?
Бывает, она в равнодушии людей,
Сегодня пишу я о грусти памфлеты…
Будет ли завтра чуток веселей?

---

Спешат всегда куда-то вечно люди,
У них у всех так много личных дел,
Никто за это их нет, не осудит,
Что о других никто из них подумать не посмел.

Каждому свои дела всегда дороже,
На заботы всех других им наплевать,
Нельзя за это их судить по строже,
Свои проблемы нужно им решать.

Лишь единицы в этом грешном мире,
Могут вопросы ближних искренне решать.
Душа у них добрее, чище, шире,
Чужую боль способны те принять.

Таких назвать могли бы мы святыми,
Хотя не все святыми могут быть.
Они в почете, уважаемы, любимы,
Светлей с такими в этом мире жить.

---

Буря в море отшумела,
Улеглась на море рябь,
Заря рассвета заалела,
Остались в прошлом дождь и хлябь.

Будет прекрасная погода,
Будем мир лучше, и светлей,
Ведь скоро лето! На полгода,
Вокруг все станет веселей!

Когда в душе ненастье, бури,
Вы не спешите унывать!
Унынье может быть лишь с дури!
Куда полезней нам мечтать!

Надеюсь, буря все ж промчится,
Настанет время светлых дней.
Мир снова солнцем заискрится!
Живёт оно для всех людей!

---

Древесина уже стала дряхлой,
Потемнела на солнце и дождях,
Стены зияют облупленною краской:
Превращается церквушка в пух и прах.

Стоит она так грустно, одиноко,
В безлюдном и пустующем селе,
Состарилась церквушка раньше срока,
Ненужной стала людям на земле.

В ней жизнь когда-то бурно процветала,
За спасением к ней люди мирно шли,
О бедах каждого в селе она ведь знала,
Людей в лицо всех знали алтари.

Увы, безбожники дорвались лихо к власти,
Разрушили уютный, райский мир,
Пришли раздоры, горе и ненастье,
Вакханалии пришел кровавый пир!

Строит себе диктатор замки, виллы!
А в это время церковь точит тлен!
О Боге, блин, безбожник забыли!
Не дали людям ничего они взамен…

---

Уронила она как-то зонтик,
Он поднял, и ей передал,
Уважения крошечный ломтик,
Как презент он ей нежно послал.

Разговор сам собой завязался,
Познакомились, завели разговор,
А потом он в любви ей признался…
Был тот зонт как Судьбы приговор…

---

Унесла дорога нас куда-то,
В такую даль, что страшно и сказать!
На прошлое взглянули виновато,
И онемели… Нечего сказать!

Своей же глупостью в тупик себя загнали,
И наломали по дуряне много дров!
Мы были юны, совсем не понимали,
Что грянет час нам предъявления счетов!

---

Они стояли, угрюмо так смотрели:
«Сейчас мы будем тебя брат, убивать…»
Уши его такое слушать не хотели,
Не собирался он так глупо умирать.

«Ты что творишь, Серега! В самом деле?!
Я ведь всегда тебя по жизни выручал!
Кусок последний отдавал! Хоть сам был на пределе!
Помогал! И защищал! И деньги занимал!»

«Да потому-то, браток, тебя и грохнем,
Что не хочу тебе свой долг я отдавать.
Беру я грех на душу… Бог с ним!
Но между друзьями и деньгами нужно выбирать…»

И грянул выстрел… Убийца улыбнулся:
Не нужно ему долг впредь отдавать…
Этим стишком я как пример вам прикольнулся,
Как дружбанам деньжата занимать…

---

Мы иногда наблюдаем,
Как плывут в вышине облака,
И в восторге тот час замираем:
Зреть на землю хотим свысока!

Зрелище действительно красиво,
Если снизу в небеса смотреть,
Но сверху зреть, наверно, тоже мило,
С упоеньем на простор смотреть!

Облака! Вы странники родные!
Плывите дальше! Радуйте нам взор!
Любуются пусть вами и другие!
Дарите всем им для души простор!

---

Говорил он в трубку долго, энергично,
Глаза горели неистовым огнем.
Переживал в душе он, видно, лично,
Что-то бурлило и кипело в нем.

Со стороны все это мне казалось,
Он уходящую любовь хотел спасти.
Надежды оставалось, видно, малость,
Но он старался выход все ж найти!

Как много нас… Обманут кто, ужален…
Но продолжает все же искренне любить,
Любовь спасая… Он не уникален:
В такой вот круговерти мы продолжаем жить…

---

Он писал так долго, вдохновенно,
Потом все не спеша перечитал,
Начал писать он, вроде, так задорно,
А под конец, бедняга, заскучал.

На этот лист излил он свою душу,
Выплеснул обиды, горе, боль,
Как будто с плеч свалил он горы тушу,
В письме он выразил все главное, всю соль.

Ему хотелось, чтоб все это прочитала,
Она… Кого он продолжал любить,
Он так хотел, чтоб непременно она знала,
Что без нее не сможет впредь он жить.

Что без нее в сердечке нет покоя,
И что не хочет он ее терять,
Готов быть рядом с ней, и в радости, и в горе,
Она об этом непременно должна знать!

Вложил листок в конверт дрожащими руками,
В почтовый ящик бросил он, молясь,
«Пусть все вернется снова между нами!».
Сказал тихонько он, пере крестясь.

Затем пошли дни томных ожиданий,
Молил он Бога получить ответ,
Увы, но не было в ответ посланий,
Летели месяцы… Увы, ответа нет…

Она письмо, конечно, получила.
Ехидно ухмыльнулась: «Вот простак!»
Она свою обиду не забыла.
И бросила конверт в мусорный бак…

---

Ну, как же можно было так влюбиться?!
Как можно голову так резко потерять?!
Увы, но с каждым может то случиться,
Где ошибемся мы? Хотелось бы нам знать.

Увы, но наперед мы то не знаем,
Дар предсказаний – он не подвластен нам.
Поэтому частенько попадаем,
В любви коварный, капостный капкан.

Потом мы каемся, другим даем советы,
Но не стают наши советы людям впрок.
Вот так по кругу суетимся мы по свету,
И каждый раз даем себе новый зарок…

---

Мысленно он давал себе слово,
Не кутить, не гулять, не бузить!
Для него все то было не ново,
Ну, любил он словестно пылить!

Верил он, что поступит, как скажет!
Станет скромным примером для всех.
А иначе ментовка повяжет,
За любой незначительный грех.

Поначалу все да, получалось!
Драки, склоки он стал избегать,
Хоть внутри все огнем отзывалось,
Он упорно старался молчать.

Но однажды случайно увидел,
Как к девчонке придрался гопняк.
Гопоту люто он ненавидел,
Ну, не смог он сдержаться никак!

Уронили не только кастеты,
И штаны, что с мотней до колен,
Все роняли мерзавцы отпеты,
Получив силу, ярость взамен!

Но двоих все же он покалечил,
В злобе сил рассчитать он не смог!
Те в суде пожелали с ним встречи!
Дядя иск им состряпать помог.

И отправился он по этапу,
Греть дыханием лес, Колыму,
Проклиная Судьбину горбату,
В жизни так не везет, блин, ему!

Но однажды ему сообщили:
«Гость к тебе на свиданье пришел!»
Необычны слова эти были!
Кто в тайге его здесь, блин, нашел?!

Лишь взглянул он, кто ж тот посетитель,
Дар он речи на миг потерял!
Та, чей был он в той драке спаситель,
Кого он от бандитов спасал!

До чего же она, блин, красива!
Стало трудно парнишке дышать!
«Что ты спас меня, я не забыла!
Я тебя тоже буду спасать!»

Всем, везде, письма я написала:
Не бандит ты! Ты – просто герой!
О тебе я так долго мечтала!
Хочу быть всегда рядом с тобой!»

Стиснув зубы, смутился ужасно.
С дрожью в голосе он прошептал:
«Все случилось в Судьбе не напрасно!
Я в итоге тебя повстречал!»

---

На ветке завязалась почка,
Пройдут недели, и созреет плод.
Это не будет в жизни ветки точка,
Плоды она ведь снова принесет.

Без смысла ветки иногда ломаем,
Приносим дереву, себе огромный вред!
Ведь мы, глупцы, прекрасно, с детства знаем:
Деревья кормят нас плодами много лет!

---

Стучит настырно дождь по медной крыше,
Монотонно навевает грусть,
Ты мысленно зовешь ее… Она не слышит…
Оглохла, блин, наверно. Ну и пусть!

---

В очередях стоять никто не любит,
В очередях так скучно, просто плачь!
Безжалостно она так время губит!
Очередь для времени – палач!

Язвим про тех, кто час свой прожигает,
В очередях мы вместе время жжем!
Его никто назад не возвращает!
Горит оно бессмысленным огнем!

В больницах мы частенько ожидаем,
Чтобы болячки здесь нам подлечить,
Взамен другие вновь приобретаем:
Без нервов стресс такой не пережить!

Может, идею кто-нибудь подскажет,
Как жизнь не прожигать в очередях.
Быть может, Бог кого-нибудь накажет,
Кто разрывает наши души в пух и прах!

---

До старта остаются лишь минуты,
Еще мгновенье – все завертится юлой!
То дискомфорт, возможно, есть кому-то,
А я люблю вперед лететь стрелой!

В полете ты живешь, клокочешь, дышишь!
Стремишься к цели! Радость там найти!
Коль ты, браток, меня сейчас услышишь,
То нам с тобою точно по пути!

---
Она тебя, конечно, не дождется.
Погрустит пару недель, и все пройдет.
В новый омут с головою окунется,
Новую любовь себе найдет.

За ней не нужно сильно убиваться.
Не можем этот мир мы изменить:
Для женщин смысл жизни – по… стараться,
Чтоб поскорее свою похоть ублажить.

Дарить ты можешь ей свои букеты,
Стихи ей можешь нежно посвящать,
Она же в это время с кем-то, где-то,
По привычке будет ножки раздвигать.

Понимаю, что звучит все это грубо,
Но все это отражает женщин суть:
Лишь бы член входил в нее поглубже! Туго!
А на стишки рукой можно махнуть!

---

Дверь за спиной тихонько затворилась.
Все прошлое осталось позади.
Хотел он, чтобы прошлое забылось,
И только счастье ожидало впереди.

А сможет ли забыться то, что было?
Ведь одним махом дверцу сердца не закрыть.
В нем ведь так много! Оно ведь не остыло!
Оно ведь продолжает по-прежнему любить.

Как бы хотел сейчас услышать за спиною:
«Вернись! Пожалуйста! Родной! Любимый мой!»
Хочу я быть всегда только с тобою!
Никто не нужен в мире мне другой!

Хочу с тобой я вновь встречать рассветы,
И ощущать с тобою рядышком тепло.
Смотри! Как же красивы наши дети!
Я не хочу, чтоб счастье в прошлое ушло!»

Увы, но тишина звучит ответом,
Он знает: ему не скажет так никто.
Лишь одиночество звучать будет заветом…
Прошло любви былое волшебство.

Они давно, давно уже чужие,
Не могут слово доброе сказать.
Новые чувства надо! Общения другие!
Где тебя будут чтить, любить и уважать.

С надеждой, что в Судьбе он все изменит,
Покинул тихо он родной порог.
Другой бы не решился. Из-за страха, лени.
А я не выдержал. Я сделать это смог!

---

Вершины гор. Как им вверху живется?
Они ведь ближе к небу и к Богам!
К Творцу сейчас вершина прикоснется!
Как там Создатель? Интересно ж нам!

Когда глядит он вниз, сюда, на землю,
Он в радости? Иль на лице печаль?
Впрочем, сейчас здесь войны, ныне скверно,
Ему, наверно, нас немного жаль.

Увязли здесь во лжи мы и пороках.
Как же много мы сейчас грешим!
И нет тому конца! И это все без срока!
Мы рушим мир! А он неповторим.

Пора бы каяться. Но очередь не видно.
Боюсь, что каюсь только я один.
Да уж… Досадно все… Обидно…
Печально, что не будет мир другим…

---

Ее вначале я и не заметил.
Она стояла, глядя на табло,
Ну, до чего же хороша! Милее нет на свете!
Как ее в край наш, дикий, занесло?!

Ей в Голливудах надо бы сниматься!
Иль на сцене петь в дыму цветных лучей!
А здесь чтоб выжить, нужно постараться.
Тут так много будней, мрачных дней.

Я подошел. Мы с ней разговорились.
Она ошиблась и случайно здесь сошла.
С ней в разговоре мы помаленьку забылись,
Она с ума меня, признаюсь я, свела!

Коль есть на свете чудные мгновенья,
То это то, что мы с ней вместе провели!
Это как свет был! Как сказка! Озаренье!
Ярко пылали нам Амурные огни!

Час миновал. Другой экспресс подъехал.
Она махнула на прощанье мне рукой…
Нет для меня отныне отдыха, утехи,
Я безвозвратно потерял покой.

Мы адресами впопыхах не обменялись,
Хотел найти ее с тех пор я много раз.
Увы, но в буднях суеты мы потерялись.
Остался в памяти лишь блеск прекрасных глаз…

---

Сидел, сутулясь, он у тротуара,
Перед ним картонка. Копейки в ней на дне.
Там на краюху хлеба было мало,
На эти деньги помереть можно вполне.

Что привело его сюда? На эту «плаху»?
Ведь когда-то у него была семья.
Сейчас гляжу на его рваную рубаху,
И понимаю, что дела его – фигня.

Где та черта, что в жизни преступаем?
Когда всем нужен был. Потом вдруг стал забыт.
Она невидима. Об этом мы не знаем,
Сегодня – бомж. Вчера – богат был! Сыт!

Иной раз сам ты в этих бедах виноватый.
Но чаще тебя просто предают.
Жена… Друзья… Путь жизни полосатый…
Твоей души боль люди не поймут.

Будьте внимательны, мои друзья родные!
Быть может, те, кто обнимает вас сейчас,
Пошлет вам в сердце раны ножевые…
Они окажутся смертельными для вас…

---

Планета заплатит за избавления от воин?
Какой в итоге будет финальная цена?
Мир ведь так важен! Он того достоин!
Любая плата! Была б лишь тишина!

Она так просто в мире не наступит,
За нее нам, людям, нужно заплатить!
Не жизнями безвинных, что погибли глупо!
А шкурами убийц! Чей грех нам не забыть!

Те, кто эти войны разжигали,
Должны гореть в аду! В смоле! В огне!
Неужто подлецы не понимали,
Что провоцируют резню в своей стране?!

Ради тупых своих нацистках убеждений,
Глупейший разожгли войны пожар!
Не порицаний им не нужно! Ни гонений!
А массу справедливых жестких кар!

Сделать бы с ними то, что с Муссолини,
Народ Италии когда-то совершил!
Иль с Чаушеску! Список будет длинный!
Кто тяжкий грех с народом совершил!

Интересно, хватит ли рассудка,
Понять всем тем, кто читает этот стих.
Кто виновен в преступленьях этих жутких?!
Удар кто подлый обрушил вам под дых!

---

Никуда он уже не стремится,
Хочет мир весь послать он к чертям,
В тиши хочет, в покое, забыться,
И сказать на прощание нам:

«Всем счастливо вам здесь оставаться,
Извините, коль в чем был не прав.
Мне пора в дальний путь собираться,
Где нет пения птиц, и нет шелеста трав.

Весь наш мир так безумно прекрасен!
Со всех сил нужно им дорожить!
Верю, каждый со мною согласен.
Как хотел бы и я дольше жить!»

Но увы, все мы в мире ведь тленны,
Придет час, нужно к небу лететь…
Пусть же будут они незабвенны,
Те, кто к нам не вернется уж впредь…

---

Да, эта роща стала мне родная!
Сюда так часто в часы грусти приходил,
Приходил сюда я, твердо зная,
Что здесь покой и утешенье находил.

Бродил между берез и стройных сосен,
Упивался трелью певчих птиц,
Здесь забывал всех тех, кто мне несносен,
Здесь не было враждебных, подлых лиц.

Здесь все друзья! Зверушки, птицы, травы!
С ними на сердце спокойно и легко.
Здесь забываются проблемы, склоки, свары!
Лететь здесь хочется душою далеко.

Спасибо тебе, роща, за минуты счастья!
Я помнить буду о тебе всегда.
И на том свете, в плену небесной власти,
О тебе я не забуду никогда…

---

Хотел бы оды спеть сейчас я морю,
Этой безумно потрясающей красе!
Лес и горы прекрасны, я не спорю,
Но нет прекрасней моря на земле!

Какая ширь! Какие же просторы!
Все это точно умиляет взор!
Вы что опять твердите мне про горы?!
Повторяю! Море лучше ваших гор!

---

С жизни ты ее впредь удаляешь!
И измену точно не простишь!
Как можно подлой быть такой?! Не понимаешь.
Хочется кричать! Но ты в ответ молчишь…

Там, где ислам, ее б камнями забросали!
Она же здесь качает, блин, права!
Такой мерзавки в мире, блин, не знали!
Она бы первой в мире по подлости была.

Увы, но стервы были в жизни всюду.
Во все века, во все эпохи, времена!
Но чемпионом по гулянию и блуду,
Конечно же, была б моя жена!

Печально, братцы, в этом признаваться,
Всегда ведь поступают они так:
Для них смысл жизни: скорее б по… стараться,
Чтобы… Постой! Пишу что-то нее так!

Надоело писать стихи про похоть и измену!
Давайте лучше про березы, шелест трав.
«Добро" даете на такую вот замену?
Извините, если в чем-то был не прав.

---

Осенние сады… Все в позолоте,
Краше красоты не отыскать!
Унынье может быть в болоте,
А здесь, куда не глянешь – благодать…

Желтый цвет, конечно, умиляет,
Словно художник вылил красок акварель,
Листва парит, она не умирает,
Она в прекрасный мир нам открывает дверь.

Ведь это кайф, смотреть, как лист кружится,
Как шелестит он, когда ветер теребит,
В такой миг можно в эйфории, блин, забыться,
Мир тот прекрасен! Он к себе манит!

Осенние сады… Они прекрасны!
И восторгаться ими будем мы всегда,
И в чужой нам стране, и в день для нас ненастный,
В воспоминаниях они застынут навсегда…

---

Проходят люди мимо,
Спешат они куда-то,
Суета влечет незримо,
Туда, где жди расплаты.

За равнодушье к чувствам,
К прекрасному, к шедеврам,
Ведь будет в душе пусто,
Где доллар всегда первым!

Достаток и работа -
Это все прекрасно!
Но для души – забота,
Тоже не напрасна!

Не проходите мимо,
Выставок, искусства!
В кармане будет зримо,
В душе и сердце – пусто…

---

Смотрю на чудо, которое в наколках…
Без отвращенья невозможно, блин, смотреть!
Выглядит все мерзко так настолько,
Что готов от гнева умереть!

Неужели она не понимает,
Что выглядит как чудо, как урод?!
Кто мозгами, блин, не обладает,
Тот, конечно, это не поймет!

Сколько стихов я посвятил и песен,
Где воспевал я женщин красоту.
Но воспевать такую… Я не грешен!
Перевернусь от возмущения в гробу!

О, женщины! Одумайтесь! Проснитесь!
Неужто вы совсем сошли с ума?!
Вы ведь так красивы, как родитесь!
А в старости вы просто Сатана!!!

Неужели вам приятно быть уродом?!
По-другому сей кошмар назвать нельзя!
Любить мужчины ведь должны не сумасбродов!
Настоящих женщин любите вы, друзья!

---

Мимо прошла красавица… Богиня!
Без восхищенья на нее смотреть нельзя!
Как она прекрасна! Неповторима и едина!
Плывет, как лебедь! По воде скользя.

Идиотских нет татуировок,
И пирсинга. Что в заднице, в носу.
Танец бровей! Он грациозен, ловок!
Такую воспевать готов красу.

Тем не догнать, кто изуродован наколкой.
Им не понять, что вся прелесть в чистоте!
Где тело чистое, и смех прозрачный, звонкий,
Такой вот можно восхищаться красоте!

---

О, рассветы, что нас с ума сводили!
Рай озаряли над притихшею рекой!
Мир среди ивушек, где в эйфории мы были,
И не было счастливей нас с тобой!

Воспоминаний лишь останется плеяда,
Когда бегали по лужам босиком,
Когда грозы нас не пугала канонада,
Когда дурачились и целовались под дождем.

Как жаль, что это все не возвратиться,
И не вернётся в жизни никогда…
Но детства свет в душе будет искриться,
И в сердце сохранится навсегда…

---

Я тебя опять не понимаю,
И боюсь, что больше не пойму.
Все кончено. Окей! Я это знаю.
Зачем же снова разжигать войну?!

Она и так всю жизнь у нас пылала.
Семьи очаг… Он превращён был в ад!
Неужели ты не понимала,
Что пред тобою я ни в чем не виноват?!

Зачем в агонию жизнь нашу превратила?
Зачем же издевалась надо мной?!
В душе все чувства ты жестко погубила,
С годами становилась ты другой.

В конце совсем слетела ты с катушек.
Сошла буквально к старости с ума!
Это серьезно! Чёсано! Кроме шуток!
В тебя как-будто вселился Сатана!

И вот теперь, «Прости» хотя б сказала,
Ведь расстаемся мы навеки! Навсегда!
Ан нет! Опять в душу насрала!
И так всегда было у нас. Все те года…

Ради того, что вместе шли по жизни,
Ну, хотя б расстаться можно б было по-людски!
Увы, ты не сдержалась вновь от укоризны.
Дав повод для печали и тоски.

Не хочу я уходить на грустной ноте,
Я добрые слова хочу сказать.
Спасибо, что была! Я был с тобой в полете!
Лишь только доброе я буду вспоминать…

---

Рулетка в Казино. И в жизни есть рулетка,
Судьба так любит с нами поиграть.
То нанесёт удар под дых, и очень метко!
То утехи пошлет нам благодать.

Настолько мало в этой жизни позитива,
Почти сплошная черноты, блин, полоса!
Судьба все шлет нам эшелоны негатива,
Все посылает седину нам в волоса.

---

Еще шажок, еще одно мгновенье!
И Жизни Цель падет перед тобой!
Это прекрасно! Повод есть, наверное,
Вполне довольным можно быть собой.
Ну, а что дальше?! Цель ведь за спиною!
Куда теперь стремиться? Чем гореть?!
Еще вчера бредил ты стеною,
Которую хотел преодолеть.

Теперь все позади. Луч впереди не светит,
Вершины нет, что нужно покорять.
Зачем жить дальше? Кто же нам ответит?
Без цели жить нельзя. А лишь существовать.

---

Уснул давно пруд тихий за деревней,
Не слышен плеск купаний, детский смех.
Теперь там полночь. Безлюдно там, наверное.
Нет. Это ночь для сна все ж не для всех.

Такие ночи – рай для всех влюбленных.
В такую ночь им точно не до сна.
Это – ночь глаз, истомою зажженных!
Ведь это сказка, когда рядом двое… Он, она…

Будут объятия, и будут поцелуи…
Без этого двоим никак нельзя!
Будут в душе кипеть истомы бури!
Стояла и стоит на том земля!

---